ГОРЯЧИЕ АНОНСЫ И КОММЕНТАРИИ
пятница, 28 июля 2017
  • Мирный Донбасс

    О том, как живут в ДНР во время перемирия и как жили ранее
    Мирный Донбасс
    (8 фото)

    Жизнь продолжается

     

    Темное утро. Седьмой час. Трясемся в холодном ПАЗике «Ростов-Донецк». С двери сквозит так, что немеет нога. Кажется, вот-вот вывалятся стекла. Соседка рассказывает в полтона о Донбассе. Сумрак располагает к откровенности. Правда, различить слова сквозь рев мотора и дребезг весьма тяжело.

    Моя соседка тоже едет из Брянской области. Полгода жила в Севске у старенькой матери. Решила навестить дом в Донецке, встретиться с давними подругами.

    ‒ Не боитесь? ‒ спрашиваю я.

    ‒ Там ведь перемирие.

    ‒ Тем не менее, ВСУ продолжает обстрелы.

    Женщина меняется в лице, но тут, же равнодушно отвечает:

    ‒ Ну и ладно. Я – фаталистка. По дому соскучилась.

     

    Она охотно рассказывает о том, как её дочь учится в Киеве, разговаривает по-русски, и никто ее не притесняет. Подруга же ‒ киевлянка ‒ знает украинский язык хуже дочери. Впрочем, и о смертях, которые принесли украинские обстрелы, женщина тоже не умалчивает. И все же закрадывается подозрение, что она больше пересказывает вычитанное в Интернете, чем лично пережитое. Когда светает, наш диалог затихает. ПАЗ подъезжает к таможне, чтобы встать тут надолго. Водитель то вылезет покурить, поболтать с другими шоферами, то ведет разговор с ближней пассажиркой.

     

    ‒ Крыму повезло, проскочил, ‒ говорит он ей задумчиво. ‒ ДНР все на себя взял. Он же поднялся через неделю после Крыма. Украина не знала, куда войска вести. Ничего… Еще год, и станем Ростовской областью.

     

    * * *

    РОСТОВ ДОНЕЦК, ДОРОГА В ДОНЕЦК, ЖИЗНЬ В ДНРРОСТОВ ДОНЕЦК, ДОРОГА В ДОНЕЦК, ЖИЗНЬ В ДНР
    Алексей Карелин, блогер, автор статьи
    Три часа на таможне, и мы выезжаем на щербатую дорогу со вспучинами и ямами. Тут же начинается метель, словно отрезает нас от внешнего мира. Впереди посреди дороги ворона рвет мертвую плоть какого-то животного. Автобус ненадолго прерывает ее трапезу. Навстречу по обочинам, канавам бредут сотрудники МЧС в новой зеленой форме. Они встречаются вновь и вновь, пока мы не выезжаем в чистое поле – казацкие степи, некогда вольные.

     

    Маршрут Ростов-Донецк по длительности оказался почти равен пути Брянск-Ростов. Мы ползли по скользким избитым дорогам из деревни в деревню, словно водитель решил объехать все южные поселения.

    В Донецке, вопреки моим ожиданиям, все дома оказались целыми, а по улицам ездил транспорт, на остановках темнели группы людей.

     

    Из автобуса вышел вместе с собеседницей. Она объяснила, как найти министерство информации, после чего обеспокоилась:

    ‒ У вас есть гривны?

    ‒ Разве тут не рубли?

    ‒ Нет, конечно, ‒ смеется. ‒ Берите, ‒ всовывает мне три разноцветных бумажки. ‒ Я тоже сейчас пойду менять. Обменники тут на каждом шагу.

    Подъезжает трамвай. Пассажиры пробивают, как в советские времена, билеты, купленные за рубли.

     

    * * *

    Бульвар Пушкина. Неспешно прогуливающиеся пешеходы, бутики, кафе, ухоженный парк. Все привычно, обыденно. На площади ‒ веселящаяся, кричащая толпа. Пары фотографируются, дети катаются на машинках, играют. Девушка с парнем со смехом швыряют друг в друга комья свежевыпавшего снега. И не скажешь, что города коснулась война.

    «Бух» ‒ доносит эхо издалека. Чуть погодя приглушенный разрыв повторяется. Вечером по телевизору скажут, что в районе аэропорта упало два снаряда. Еще с десяток приземлилось в близлежащих селах.

     

    РОСТОВ ДОНЕЦК, ДОРОГА В ДОНЕЦК, ЖИЗНЬ В ДНРРОСТОВ ДОНЕЦК, ДОРОГА В ДОНЕЦК, ЖИЗНЬ В ДНР
    Фото: Алексей Карелин

     

    * * *

    Утром все улицы гудят от снегоуборочных машин, шаркают лопатами. При более тесном знакомстве с городом замечаешь не только свежие афиши кинотеатра и филармонии, но и частые «Закрыто на ремонт», «Переехали <адрес>». На двери цветочного магазина наклеена надпись «Если что <номер телефона>». Многие витрины наглухо заклеены постерами или забиты досками ДСП. Порой из них тянется сплошная стена ‒ импровизированное бомбоубежище. Бросается в глаза критически малое количество рекламы. На билбордах ‒ плакаты патриотической и социальной тематики, зачастую выцветшие. Или же лохмотья, в которых ничего не угадать. А то и вовсе ржавое полотно. Зато у Южного автовокзала стены и даже спинка скамейки сплошь обклеены рекламой перевозчиков: Донецк-Ростов, Донецк-Курск, Донецк-Орел

     

    От подземного перехода до вокзала ‒ вереница торговцев патриотическими сувенирами, жадных и лукавых. В целом, цены в ДНР в два-три раза меньше, чем в Брянске. В магазине конфиската можно приобрести полный наряд за тысячу рублей, а на автовокзале ‒ отлично перекусить, не потратив и сотни. Проезд в микроавтобусе – шесть рублей, на трамвае – три. Вот только елки удивительно дорогие: тысяча за метр-полтора. Если в Брянске в преддверие Нового года их продают на каждом шагу, то в Донецке с огнем не сыщешь.

    Автобусы с автовокзала не отходят уже после трех, поэтому билетов на всех не хватает. До Тельманово ехать не менее двух часов, но люди готовы ехать стоя и в тесноте.

    Опять трясемся по убитым дорогам мимо просторных полей, рассеченных лесополосами и балками, мимо съедаемых временем и бесхозностью домов. Оказывается, время громит камень не хуже снарядов.

     

    Коммунисты и фашисты

     

    ‒ Здесь раньше было немецкое поселение, но немцы жили наши ‒ коммунисты, ‒ знакомит меня с поселком Марина Андреевна, в чьем доме мне придется ночевать ближайшие дни.

    Тельманово названо в честь Эрнста Тельмана ‒ немецкого коммуниста и противника Гитлера. В его честь называли антифашистские испанские отряды. Его бюстом, стоящим в недалеком от центра Мичурино, местные гордятся не меньше, чем памятником Ленину.

     

    Тельмановский район поделен надвое рекой Кальмиус, по ней же проходит линия разграничения. У многих по ту сторону остались родственники и друзья. Впрочем, навестить их украинцы порой позволяют. Проход через их блокпост обходится в сто гривен, то бишь туда-обратно около шестисот рублей, что по местным меркам цена ощутимая. Здешние зарплаты колеблются от двух с половиной до семи с половиной тысяч. Поэтому многие предпочитают на ту сторону не ходить, а перегружать уголь или продукты прямо на границе.

     

    РОСТОВ ДОНЕЦК, ДОРОГА В ДОНЕЦК, ЖИЗНЬ В ДНРРОСТОВ ДОНЕЦК, ДОРОГА В ДОНЕЦК, ЖИЗНЬ В ДНР
    Река Кальмиус в Донецкой области
    Фото: etnodon.com

     

    От Тельманово до передовой около десяти километров. Летом и в начале осени бомбили сильно, приходилось ночевать в подвалах. Теперь же бухает в стороне, и тельмановцы даже расслабились. Однако многие стекла до сих пор белеют белыми крестами скотча. Стекло в дефиците, и нередко можно увидеть окна, затянутые пленкой.

     

    ‒ Вот, видишь, стекла побиты, видишь? А это школу посекло осколками.

     

    Марина Андреевна каждый след войны обозначает, желая уверить меня в бесчеловечности украинских солдат.

    ‒ Специально бомбят по школе, детскому садику, больнице. Ну, в больнице-то раньше военные жили, а школу-то зачем бомбить?

    Пострадавшие от обстрелов дома окружают котельную. В двух трубах видны отличные по цвету свежие вставки.

    ‒ Когда они зашли в поселок, то шли по улицам и поливали по домам, как фашисты! ‒ возмущается Марина Андреевна.

    ‒ А что такое фашизм?

    ‒ Убийство мирных жителей. Как это еще назвать?

     

    На входе в квартиру Марины Андреевны стоят пакеты с лекарствами и документами. На двери ‒ охраняющая молитва. На окнах ‒ картонные иконы. В ванне, под рукомойником – множество бутылок с водой. По ночам ее отключают. Небольшая двухкомнатная квартира обставлена бедно. Давно не делался ни ремонт, ни уборка. Когда не знаешь, будет ли у тебя завтра жилье, тратить на него силы и время не хочется.

     

    ‒ Если бомбят, мы в прихожей прячемся, ‒ рассказывает Миша, сын Марины Андреевны, рослый учитель физкультуры. ‒ Там с обеих сторон стена, окон нет. Все так делают. До подвала пока добежишь, может убить. Да и бомбят быстро, особенно если «Град». САУ, те могут долго.

     

    В комнате Михаила на стене висит целая связка медалей за победы в футболе, волейболе, баскетболе. Хранит он и не менее внушительную стопку грамот с ляпистой россыпью билетов на различные матчи. Сегодня выдали зарплату, поэтому Миша быстро исчезает из квартиры ‒ праздновать получку с друзьями.

     

    Угостив меня ужином, Марина Андреевна начинает рассказывать, как она воевала с директором школы, греком и русофобом. С тех времен она хранит кипу бумаг для прокуратуры. Директор школы набирал только украинские классы и плевал на заявления родителей о желании отдать детей в русские.

     

    ‒ Директор зазывает их к себе и начинает рассказывать: в русском классе учатся одни слабаки, ‒ говорит Марина Андреевна. ‒ Представляешь? Между тем, наши ездили в Москву на олимпиаду. Из моего класса одна первое место заняла, две – второе, три – третье, а с украинского класса третье место заняла одна девочка. Ее отправили потом на районную олимпиаду, а на ней опять моя девочка первое место заняла, а та ‒ шестое. Дети, которые учат и русский, и украинский, у них знание прочнее. У нас же все говорят на русском, куда ни пойди: в магазин, в больницу, между собой. А украинский насильственно насаждали.

     

    РОСТОВ ДОНЕЦК, ДОРОГА В ДОНЕЦК, ЖИЗНЬ В ДНРРОСТОВ ДОНЕЦК, ДОРОГА В ДОНЕЦК, ЖИЗНЬ В ДНР
    «Когда украинские силовики зашли в поселок, то шли по улицам и поливали по домам из автоматов»
    Фото: Алексей Карелин

     

    Бывшую главу администрации Марина Андреевна тоже не чествует.

     

    ‒ Бэндера. Ей дали орден княгини Ольги за то, что она хорошо украинизацию здесь разворачивала. А я была в оппозиции, в Партии регионов. Я за Януковича. Когда сюда вошли украинцы, я из дома не выходила, боялась, что схватят. Мать моя не выдержала, умерла. Вышла из церкви, попросила воды и упала.

     

    Марине Андреевне около пятидесяти, но человек она активный. Вместе с матерью они организовывали референдум о самоопределении ДНР. Мать – в соседнем Гранитном, откуда сейчас прилетают украинские снаряды, Марина Андреевна ‒ в самом Тельманово. До этого она уже занималась подобной деятельностью: помогала проводить местные выборы, агитацию, была председателем комиссии, секретарем. Так что найти помощников для организации референдума проблем не составило.

     

    ‒ Когда наши пришли, я занималась обустройством и кормлением солдат. Вот они явились в сентябре, я собрала комиссию ‒ 36 человек. Меня никто не покупал. Мы с матерью смотрели по интернету все митинги в Донецке, и патриотический дух поднимался.

     

    За ночь активисты разнесли пригласительные, а на следующий день голосовать валили толпами.

     

    ‒ И не было ведь никакой агитации! ‒ удивляется Марина Андреевна.

     

    Главу администрации украинские войска хотели «спасти», но ополченцы успели вывезти ее в Донецк. Там живет она и ныне, проблем не знает, по заверению Марины Андреевны. Но не все «бэндеры» покинули поселок. Раньше на их дворах развевались флаги «Правого сектора»*, потом ополченцы их сожгли. Немало прозападно настроенных на Октябрьской улице. У них есть и своя церковь.

     

    ‒ Мы их в плен не берем. Одного взяли, мне ребята рассказывали, ну, короче, поговорили с ним хорошо. Нас обстреляли, а он спит, вокруг него баллоны с кислородом, гранаты, «муха» лежит… Откуда у него? Такой простой человек, как я. Его взяли, и он признался, что работал на Украину, кому передавал сведения. Его потом отпустили. Пацаны сказали ему, чтобы не возвращался, и он уехал жить в Россию.

     

    ‒ Россию, которую ненавидит?

    ‒ И таких знаешь сколько? Я тебе скажу, упадешь.

     

    Как только на экране телевизора появляется Басурин, Марина Андреевна замолкает, прибавляет динамикам громкости. Басурин зачитывает ежедневную сводку.

     

    ‒ Министр наш, ‒ поясняет мне она, ‒ доброволец. У нас таких поначалу много было, но им не платили и простой благодарности даже не выражали. Они и ушли. Местные бандиты да олигархи не хотят власть русским отдавать, воду мутят.

     

    РОСТОВ ДОНЕЦК, ДОРОГА В ДОНЕЦК, ЖИЗНЬ В ДНРРОСТОВ ДОНЕЦК, ДОРОГА В ДОНЕЦК, ЖИЗНЬ В ДНР
    Фото: Алексей Карелин

     

    Военный пинг-понг

     

    Стемнело. Телевизор бормочет новости.

    ‒ У нас хорошая территория, ‒ смеется Леонид ‒ муж Марины Андреевны, ‒ ловит и украинские каналы, и республиканские, и российские. Мы смотрим и те, и те ‒ сверяем информацию.

     

    Леонид работает в газовой службе. Платят ему скромно, но он готов работать и под обстрелом. Газовое отопление в районе проведено только в Тельманово. С ним, конечно, проще, но в этом году ощущается его нехватка, топят слабовато. К тому же окна в квартире старые, рассохшиеся ‒ сквозит не хуже, чем из двери ПАЗика, на котором я ехал в Донецк.

     

    ‒ Как с военными уживаетесь? ‒ спрашиваю я.

     

    В Тельманово их встречаешь на каждом шагу, а на окраине, в здании с хлопающими пленкой окнами ‒ их штаб. Много молодых, необстрелянных, но с гонором, как у бывалых. Они еще не понимают, что автомат – не мужские бусы, а инструмент для убийства.

     

    ‒ Раньше дисциплина была получше, ‒ отвечает Леонид, ‒ а сейчас расхлябана. Хотя… Позавчёра окоп тут трое копали, ‒ смеется. ‒ Напились перед этим. Алкашей, наркоманов наберут, но через месяц увольняют. Таких не держат. Что с них взять? Тут нормальных тяжело держать. Оно ж еще при украинцах, когда вошли, начали пить, ‒ Леонид говорит размеренно, не спеша, усердно обдумывая каждую порцию слов, ‒ часа в три ночи стреляют, девок учат стрелять. Потом издали приказ, солдатам водку не продавать, кафе позакрывали. А потом наши вошли, но у этих строго: пьяный кто, или мать гоняет, то вон, окопы копать.

     

    ‒ А местного главу избирали?

     

    ‒ Не, назначили, ‒ обреченно отвечает Леонид. ‒ Чтоб было так и вдруг стало так – не бывает. Оно, наверное, тоже должен пройти большой период, чтобы поменялся строй. Связи эти старые все… Там половина, кто работал, тот и работает. По крайней мере, это звено среднее. Там часть людей есть – они будут любой власти служить. Придут завтра немцы, они будут точно так работать на немцев. Они просто тупо выполняют приказы.

     

    В прихожей Марина Андреевна в который раз вызванивает сына:

     

    ‒ Где тебя носит? Хочешь, чтоб тебя комендатура забрала?

     

    РОСТОВ ДОНЕЦК, ДОРОГА В ДОНЕЦК, ЖИЗНЬ В ДНРРОСТОВ ДОНЕЦК, ДОРОГА В ДОНЕЦК, ЖИЗНЬ В ДНР
    Фото: Алексей Карелин

     

    Когда разговор заходит о бомбежках, о том, куда ВСУ стреляют и насколько их наводчики хорошо обучены, подключается и Марина Андреевна:

     

    ‒ Вот смотри, наша сторона: Старомарьевка ‒ там побомбили много домов, Новомарьевка выбита, Николаевка выбита, Шевченко перебита, Ласпу изгнали, Белокаменку всю перебили. И шо они рассказывают, шо мы их побили? Ну, у них разрушено несколько домов, ну, пускай, десять-двадцать, а у нас восемьсот разрушений с чем-то. Уже по выбитым селам и тому, что там нет людей, можно судить, кто в кого стреляет. Разве это разумные люди стреляют? Ладно, допустим, в этом селе я – сепаратистка. А че стреляют во всех? Че они в поле не стреляют? Армии нет в селе. Это в Гранитном в центр села танк заводят, потому что там высота удобная, и по нам стреляют. В Новомарьевке в электросеть стрельнули, себе же свет вырубили, а сказали, что мы. Мне парикмахер из Гранитного рассказала, как она командира одного подстригала. Ему по рации передают: «Электрик вышел на позицию». А парикмахерша говорит: «Видно, свет пропал». Они знают уже все точки, куда стрелять, все рассчитаны. Единственное, может, они с нашими договариваются, чтобы точно не стрелять. Украинцам надо отстрелять свои снаряды. Как стреляли в Донецк и отправляли пустые снаряды, а внутрь клали записку: «Чем смогли, тем помогли».

     

    ‒ Да это слухи, ‒ машет Леонид.

    ‒ Ну, говорят, значит, бачили. Дыма без огня не бывает. Ты шо думаешь, они такие дураки? Они не попали бы в теплосеть точно?

    ‒ Ну, попадали ж!

    ‒ Попадали, но не разбили. Они стреляют между теплосетью и «скорой».

    ‒ Я в это не верю.

     

    ‒ А я верю. Договоренность у них. А бывает, по пьяни попадают. У меня на той стороне сестра живет, мы иногда созваниваемся. Так она рассказывала: солдаты выйдут из Гранитного, заходят там в какую-то балку, стреляют по Гранитному и возвращаются. Один мужик стоял как-то у ворот и слышал, как один солдат говорит другому: «Вот, дурак, казал тебе, стань левее. Что ж ты в хату попал?»

    ‒ А новости сразу передают, что боевики обстреляли, ‒ усмехается Леонид.

    ‒ Когда «Правый сектор»* уходил из Гранитного, он оставил много продуктов.

    Народ же ж ненормальный, побежали воровать все. Там и мука, макароны, крупы… Один упал на десять мешков сахара, кричит: «Мое, никому не дам!» А эти через пятнадцать дней явились. Пришли, а запасов нет. Так они сказали: «Мы вас тут всех поубиваем». А кто крал? Ходили все бизнесмены, простые люди не ходили.

     

    ‒ Простые боятся, ‒ вздыхает Леонид и смотрит на часы.

    Время позднее, воду уже отключили. Дважды моргает свет.

    ‒ Бомбят? ‒ дергается Марина Андреевна на неясный звук за окном.

    ‒ Да не, непохоже, ‒ лениво произносит Леонид и запоздало спрашивает: ‒ Может, надо было воды набрать?

     

    РОСТОВ ДОНЕЦК, ДОРОГА В ДОНЕЦК, ЖИЗНЬ В ДНРРОСТОВ ДОНЕЦК, ДОРОГА В ДОНЕЦК, ЖИЗНЬ В ДНР
    Фото: Алексей Карелин

     

    От редакции:

     

    Фоторепортаж Алексея Карелина о поездке в ДНР в разделе галерея

    _________________________________________________________________

     

    *17 ноября 2014 года Верховный суд РФ признал экстремистскими пять украинских националистических организаций: деятельность «Правого сектора», УНА-УНСО, УПА, «Тризуба им. Степана Бандеры» и «Братства» попали в России под запрет. Ранее в РФ было возбуждено уголовное дело против Дмитрия Яроша за призывы к террористической деятельности.

     

    Пока не добавлено ни одного комментария. Станьте первым!
    Оставьте свой комментарий:
    Имя
    Email (не обязательно)*
    Комментарий
    Сохранить
    *Если Вы укажете почтовый ящик, Вы сможете получить на него подтверждение комментария, а также следить за другими комментариями к этой статье.
  • Хоум фото
    Хоум фото
    327
    0
    Лариса САДИЛОВА: В сегодняшнем обществе победили мещане и жлобы
    Лариса САДИЛОВА: В сегодняшнем обществе победили мещане и жлобы
    3206
    1
    Кинематограф
    Анатолий КУРАКИН: «В России от алкоголя ежегодно умирают более 800 тысяч человек»
    Анатолий КУРАКИН: «В России от алкоголя ежегодно умирают более 800 тысяч человек»
    1374
    0
    Здоровье
    400 тыс. трупов: Самое страшное лето Гитлера
    400 тыс. трупов: Самое страшное лето Гитлера
    316
    0
    История
    Алко-благотворительность
    Алко-благотворительность
    282
    0
    Какой вы будете в 50 лет?
    Какой вы будете в 50 лет?
    415
    0
    Женщины - герои Великой Отечественной войны глазами художника-иллюстратора Андрея Тарусова
    Женщины - герои Великой Отечественной войны глазами художника-иллюстратора Андрея Тарусова
    2544
    0
    Танцуйте, и будьте счастливы!
    Танцуйте, и будьте счастливы!
    2374
    2
    Спортивные танцы
    Максим БАРТЕНЕВ: «Увидев, что женщина скрылась под водой, я прыгнул в пруд, чтобы спасти её»
    Максим БАРТЕНЕВ: «Увидев, что женщина скрылась под водой, я прыгнул в пруд, чтобы спасти её»
    621
    0
    Герои нашего времени
    Курский медколледж - старт в будущее
    Курский медколледж - старт в будущее
    787
    0
    Александр БРЫКСИН: «Межфракционный турнир по футболу всегда проходит в духе взаимного уважения и дружбы»
    Александр БРЫКСИН: «Межфракционный турнир по футболу всегда проходит в духе взаимного уважения и дружбы»
    329
    0
    Москва
    33-летний медведь гризли научит курян балету
    33-летний медведь гризли научит курян балету
    342
    0
    Курск
    Что делать, если дом не «привязан» к земле
    Что делать, если дом не «привязан» к земле
    444
    0
    Курск
    «Юпитер 9» на нашей земле
    «Юпитер 9» на нашей земле
    470
    0
    Курский район
    Сюрпризы на арене Курского цирка
    Сюрпризы на арене Курского цирка
    447
    0
    Курск
    «К берегам Онтарио». Часть вторая «Ниагарские водопады». Фоторепортаж курского блогера Василия Приходько
    «К берегам Онтарио». Часть вторая «Ниагарские водопады». Фоторепортаж курского блогера Василия Приходько
    813
    0
    Работа мечты
    Работа мечты
    80
    0
    «Утерянная добродетель»
    «Утерянная добродетель»
    731
    3
    Фоторепортаж блогера из Курска Василия Приходько о своём полёте в Канаду - к берегам «Онтарио». Часть первая «Полет над Атлантикой»
    Фоторепортаж блогера из Курска Василия Приходько о своём полёте в Канаду - к берегам «Онтарио». Часть первая «Полет над Атлантикой»
    978
    0
    Запах сгоревшей плоти, несколько дней витал в воздухе освобожденной Суджи
    Запах сгоревшей плоти, несколько дней витал в воздухе освобожденной Суджи
    572
    1
    Курский блогер Василий Приходько о своём полёте в Канаду - к берегам «Онтарио»
    Курский блогер Василий Приходько о своём полёте в Канаду - к берегам «Онтарио»
    927
    2
    Семейный бюджет - управлять или пустить на самотёк?
    Семейный бюджет - управлять или пустить на самотёк?
    1249
    2
    «Форматор»: Гость программы Валентина Игнатенко – директор Курского базового медицинского колледжа. Уже на сайте
    «Форматор»: Гость программы Валентина Игнатенко – директор Курского базового медицинского колледжа. Уже на сайте
    640
    0
    Образование
    «Форматор»: Гость программы Людмила Матвеевна Соколова - внучка молитвенницы из Курска монахини Мисаилы. Уже на сайте
    «Форматор»: Гость программы Людмила Матвеевна Соколова - внучка молитвенницы из Курска монахини Мисаилы. Уже на сайте
    888
    0
    Православие
    Смерть как часть жизни
    Смерть как часть жизни
    2468
    1
    Мнения
    Любовь ЧУБУКОВА: «От страха избавит любовь»
    Любовь ЧУБУКОВА: «От страха избавит любовь»
    715
    2
    Александр ШАХОВ: Семья- это место, где мы друг другу помогаем реализовать свой потенциал
    Александр ШАХОВ: Семья- это место, где мы друг другу помогаем реализовать свой потенциал
    1752
    0
    Суджанская Хатынь
    Суджанская Хатынь
    1121
    2
    Курск посетила официальная делегация Народного союза Германии
    Курск посетила официальная делегация Народного союза Германии
    441
    0
    Сотрудничество
    «Экстремальный туризм необходимо регулировать на законодательном уровне»
    «Экстремальный туризм необходимо регулировать на законодательном уровне»
    356
    0
    Законодательство
    «Врачи»-фильм режиссера Сергея Прозорова
    «Врачи»-фильм режиссера Сергея Прозорова
    780
    1
    Здравоохранение
    Любовь ЧУБУКОВА: ВИЧ? Смертельное заболевание? Думаете, вас это не коснется? Я тоже так думала...
    Любовь ЧУБУКОВА: ВИЧ? Смертельное заболевание? Думаете, вас это не коснется? Я тоже так думала...
    3907
    20
    «Жизнь с ВИЧ»
    «Жизнь с ВИЧ»
    1272
    0
    Блогер Анна Пронская: «Всё изменилось, когда я стала мамой»
    Блогер Анна Пронская: «Всё изменилось, когда я стала мамой»
    2025
    0
    «Черная кошка, белый кот»
    «Черная кошка, белый кот»
    1380
    0
    Курская Коренная. Лучшее...
    Курская Коренная. Лучшее...
    3302
    14
    Курская Коренная